На Украине пытаются присвоить наследие великого авангардиста Малевича

Автор: | 23.03.2017

Удивительно насколько легко украинские патриоты обращаются с исторической памятью и культурными артефактами, перекраивая и видоизменяя их в зависимости от колебания генеральной линии правительства (и чуть не написала партии). Раз! — и одним движением молотка и зубила харьковский монумент «Вечный огонь» с надписью «В день 40-летия Великого Октября тем, кто отдал жизнь за власть Советов» превращается в монумент с жовто-голубым флагом и надписью  «Героям, которые сложили голову за независимость и свободу Украины». Два! — и Московский проспект переименован в проспект Степана Бандеры. Три! — и Музей русского искусства становится Киевской картинной галереей.

Этот список можно продолжать и продолжать. Впрочем, если у жителей Украины еще есть шанс сказать свое «нет» манипуляциям и фальсификациям, то у художников, живших в прошлом веке, которых усиленно перекрашивают в патриотические цвета и в срочном порядке украинизируют, таких шансов однозначно нет. На днях в Киеве состоялась презентация англоязычной версии книги «Казимир Малевич. Киевский период 1928-1930 годы», которая закончилась скандальным спором российского искусствоведа Александры Шацких с украинской составительницей книги Татьяной Филевской. Последняя, в частности заявила:

Картина Казимира Малевича «Автопортрет»

«Они (авангардисты) говорили о том, чтобы их не определяли как художников той или иной национальности, но сегодня их всех представляют как русских авангардистов. То есть, российское искусствоведение выстраивает свой дискурс и пользуется этими художниками, вопреки их позиции, а украинское искусствоведение лишено такой возможности. Второй аргумент — что почти все эти художники рано или поздно определялись со своей национальностью, даже если эта позиция несколько раз менялась в течение жизни. Мы точно знаем из документов, что Малевич неоднократно обращался к самоидентификации себя как украинца».

Популяризатор и исследователь творчества Малевича, художник Михаил Рошняк,  согласен с тезисом Филевской, о том, что авангардисты не определяли себя как художников той или иной национальности. «В русском авангарде 20-х годов было в  высшей степени дурным тоном спекулировать на национальном — это было сродни спекуляции своей совестью. Это не значит, что все были космополитами. Просто национальность или вероисповедание были личным пространством каждого. Никто не носился с истериками, «ах я русский, ах я православный» или «ой я поляк, я католик»… «Русский авангард»  20-х годов делали не только в Москве и Санкт-Петербурге, но в Киеве и Харькове, Казани и Перми, Тбилиси и  Витебске и других городах Сибири, Поволжья, Украины и Белорусии. «Русский авангард» — общее понятие над национальное, как «Американский экспрессивный абстракционизм» или «Новые дикие». Если говорить о национальности Малевича, по документам он поляк, и мама его Людвига в быту общавшаяся на польском и с трудом говорившая по-русски, и папа Северин — стопроцентный поляк, крестивший своего сына в польском костёле Киева… Но Казимир Малевич считал себя безусловно «русским художником авангардистом» в том понимании «Русского авангарда 20-х годов», в котором были художники самых разных национальностей, поляки, немцы, русские, евреи, украинцы, мордва да всех не перечислить», —  утверждает Рошняк.

Безусловно,  Казимир Малевич  — поляк, родившийся в Киеве, считавший себя в какой-то степени украинцем, любивший украинскую народную крестьянскую культуру, особенно ярко проявивший себя в белорусском Витебске, принадлежит всей мировой культуре. А попытки впихнуть его в  новый украинский дискурс, замешанный на националистическом и этническом началах, напоминают попытки перекрасить его Черный Квадрат в желто-голубой цвет.
http://ukraina.ru/exclusive/20170323/1018446822.html